Отчет путешествия на Сахалин и Дальний Восток. 82 дня. Осень 2010. Часть 1

Отчет путешествия на Сахалин и Дальний Восток. 82 дня. Осень 2010. Часть 1

 

Отчет путешествия на Сахалин и Дальний Восток. 82 дня. Осень 2010. Алексей Андрущенко

 

Сахалин. Дальний Восток

 За время этого грандиозного путешествия мы в течение 82 дней проехали на поездах, автостопом и по морю около 27 тысяч километров. За 50 дней пребывания на острове Сахалин объездили все действующие железные дороги, побывали во всех крупных городах, пешком достигли труднодоступных самых северной и южной частей острова, совершили несколько пешеходных походов. На морском судне-сухогрузе в течение 3 суток ехали во Владивосток. За несколько дней осмотрели Владивосток, Находку и их окрестности. Более двух недель провели в поездах – туда ехали по Транссибирской магистрали, назад возвращались по БАМу.

Итак, наконец, давняя мечта сбылась – я собираюсь на Дальний Восток! Времени на сборы по приезду с Крыма – всего 3 дня. Среди них еще свадьба троюродной сестры, мой День Рождения и другие срочные дела.

Помимо вещей, важно найти и распечатать как можно больше полезной информации – ведь по пути интернета не будет и спрашивать будет не у кого. И купить, подготовить и упаковать как можно больше продуктов, ведь в России все значительно дороже.

Компанию в поездке составил Алексей Берсенев.

 

20 сентября 2010. Отъезд

 

Подъем ранее 4 утра – нужно успеть на электричку в 5 утра, идущую на Вольнянск. Уже там, в электричке на Днепропетровск, встречаюсь с Лешей. В Синельниково гуляем 2 часа, готовим на горелке чай, удивляемся огромным кучам залежалого мусора прямо рядом с новейшим зданием вокзала. После садимся в полупустую электричку Днепропетровск – Харьков. Едут, в основном, торговцы на 1 день, в Лозовой наполняется студентами. Таким сложным поездом едем в Харьков – ведь прямых поездов утром нет.

И без того очень тяжелый рюкзак в Харькове пополняем последней покупкой продуктов – их должно хватить, по крайней мере, до приезда на Сахалин.

Приятная неожиданность – в Харькове нам продают прямой пригородный билет на электричку до Белгорода с пересадкой в Наумовке. Выходит, что в дорогой внутрироссийской электричке Наумовка – Белгород мы едем почти даром.

Большинство пассажиров выходят до границы. Погранконтроль, как обычно, происходит нормально и быстро, сообщаем о наших далеких планах. Быстро заполняем очень поздно выданную миграционную карту и перебегаем в Белгородскую электричку – времени на пересадку очень мало.

В Белгороде многие пассажиры берут билет до Москвы на очень дорогой фирменный поезд, даже не отказываются от верхних боковых. Мы же берем на бердянский, заставив кассиршу вернуть по 40 руб навязанной страховки. Отправляется белгородский фирмач – его сопровождает чрезвычайно долгий, около 5 минут, и красивый марш Прощания Славянки.

При посадке в поезд забираем в соседнем вагоне передачу из Запорожья – мы забыли часть вещей дома, причем каждый. Пришлось просить родных передать.

 21 сентября 2010. Москва

 

В Москве решаем сразу ехать в Измайловский парк и ждать там с огромным количеством вещей поезда «Россия» в 21.25. Хотя билетов еще нет – я все хотел попробовать купить их с помощью банковской карты.

Из парка я сам еду в банк ВТБ24, чтоб забрать ранее заказанную пластиковую карту и купить по ней билет. В назначенном отделе моей карты не оказалось, и они ничего не знают. Еду через весь город в отделение, где ее заказывал. Там меня радуют, что они решили вдруг мне отказать, т.к. я не гражданин России, без регистрации и т.д.

Разозленный от такого сервиса, еду на Ярославский вокзал брать билеты за наличные. Тут следующая неудача – автоматическая справочная показывает полное отсутствие мест в необходимый нам единственный прицепной вагон до Советский Гавани, хотя вчера вечером было распродано всего 8 мест. Долго морочу голову кассирам и в справочном бюро. И только потом меня осеняет, что это сегодня утром сняли запрет на продажу мест до ближайших станций и этот дешевый вагон расхватали до Екатеринбурга и т.д. Следующий такой вагон – через 2 суток. В сегодняшнем поезде до Хабаровска – всего несколько верхних боковых мест – не хочется так ехать неделю.

В растерянности возвращаюсь к Леше в парк. Долго решаем, что делать: ехать куда-то (например, были места в Абакан), ехать к родственникам или ночевать в парке. С такими вещами особо не походишь.

Решаем ехать к моим родственникам в Тверь, а на Ванино ехать через 2 суток.

На вокзале берем билеты до Ванино и садимся в последнюю полупустую электричку на Тверь. Экономим на очень недешевом билете (позже во Владивостоке электрички стоили чуть ли не в 2 раза дешевле), взяв его на 1/3 пути, контроля не было.

 

22 сентября. Тверь

 

С 1 до 3 ночи гуляем на маленьком пригородном вокзале Твери, осматривая роскошные проходящие поезда на Питер и Хельсинки. Ожидаем моих родственников, которые едут из Запорожья поездом №8.

Родственники удивляются моему тут появлению, забирают нас машиной домой, и мы досыпаем остатки ночи. Выспавшись, нам проводят экскурсию по городу. Осматриваем центр, парк и памятники, реку Волгу, посещаем краеведческий музей. Вечером едем в загородный дом и возвращаемся в Тверь, удивляясь огромной бесконечной пробке из фур на трассе Санкт-Петербург – Москва.

 

23 сентября. Тверь. Москва

 

Первую половину дня совершаем прогулку вдоль берега Волги до «Чапаевского домика». Уже второй день погода пасмурная.

Электричкой с некоторым запасом времени уезжаем в Москву. Перед отправлением пропускаем пару Сапсанов. В отличие от прошлого ночного рейса, несколько раз проверяют билеты.

Наш поезд «Россия», главный российский флагман, подают за 20 минут и отправляют даже без музыки. Наш прицепной плацкартный вагон – единственный, причем нефирменный в дорогом фирменном составе (спустя день, как мы прибыли в Ванино, фирменность навесили уже и на этот вагон, он стал дороже на 2000руб). Новая конструкция Тверского завода. Неудобные стеклопакеты и подвесные на цепях полки.

 

24–30 сентября. В пути по Транссибирской магистрали

 

7 дней и 6 часов продолжается наш путь Москва–Ванино, в одном из самых длинномаршрутных в мире вагонов. У нас самые удобные места – одно под другим в одном купе. Учитывая продолжительность поездки, билеты купили с постельным бельем. Оно стоило 118 руб вместо положенных 80руб. Возможно, наш вагон все-таки был фирменный, однако с каким-то очень минимальным коэффициентом.

Попутчик – мужчина, возвращался домой в Советскую Гавань из длительной поездки в Волгоград. С ним много общались о жизни на Дальнем Востоке, играли в шахматы и карты. Четвертый пассажир часто менялся.

Проводники были вежливыми и приятными. Особенно колоритен был добродушный азербайджанец со смешным акцентом. В вагоне, естественно, было чисто и опрятно. Во 2-й день включали кондиционер, потом, как похолодало, отопление. Кипяток – постоянно. Чай не носили, и, тем более, не навязывали. Все пассажиры самостоятельно заваривали чай и поедали огромное количество лапши доширак, который покупали тут же за 40руб. У нас в качестве горячего питания, помимо мивины и пюре, была гречка и овсянка. Туалет был обычен. Во всех других владивостокских вагонах был вакуумным, на стоянках его часто откачивали со специфическим запахом.

Иногда удавалось зарядить ноутбук, также играли в шахматы и карты. Выходил пофотографировать на всех крупных станциях. Много снимал и с плохо открывающегося окна у туалета.

Вопреки ожиданию, дремучей тайги с огромными хвойными деревьями вдоль пути нигде нет. В Сибири большие пространства были заняты редколесьем из березы, она как раз начала желтеть. Потом пошла лиственница лимонно-желтого цвета. Полдня провел у окна, разглядывая Байкал. Погода была прекрасной, на фоне желтеющего леса сверкали заснеженные сопки и хребет Хамар-Дабан. Особенно захватывающим был момент, когда рано утром впервые увидели озеро, выехав на высоте из туннеля и начав быстро спускаться по серпантину. С интересом наблюдал природу за окном после Чернышевска – ранее последнего города, где заканчивалась автодорога при движении на восток – лиственницы, сопки, извилистые реки.

Изучая на станциях Забайкалья расписания пригородных поездов, удивляла их умышленная рассогласованность. Например, почти везде поезд на восток уходил за 15 мин до прихода с запада, а их-то всего 2 пары.

Самой холодной станцией оказалась именно станция Зима – вечером уже чувствовался мороз, хотя дня 3 назад было еще лето.

С большим трудом удалось перестраиваться на новые часовые пояса. Вечером, пытаясь заснуть, по нескольку часов не мог сомкнуть глаз. Утром заставлял себя пораньше встать и поесть. Но к обеду одолевала такая сильная сонливость, что приходилось ложиться, и я мгновенно засыпал. Весь день «перестройки» шел насмарку.

По пути были 2 длительные стоянки, где перецепляли наш вагон – Хабаровск (4 часа) и Комсомольск-на-Амуре (12 часов), причем обе – днем. Очень удобно осматривать город, оставив вещи в вагоне – прямо туристический поезд, хотя, конечно, большинство пассажиров были не в восторге от таких стоянок.

В Хабаровске осмотрели грандиозный, очень красивый вокзал. Прошли по центральной улице на Набережную, мыс Утес, осмотрели речной вокзал. Навигация по Амуру – до 26 октября, ракета ходит до Николаевска. Несмотря на высокую цену – 3700руб в одну сторону, очень хотелось проплыть по Амуру, но в этой поездке не сбылось. 1000км водной глади ракета преодолевает за 20 часов.

Очень понравился безукоризненно ухоженный парк у Набережной, новый храм. Сразу удивило большое количество праворульных японских машин. Как стемнело, пошли на центральную площадь с больших количеством подсвеченных фонтанов. Здесь все было сделано из полированного гранита.

В Комсомольске гуляли целый день. Сначала периодически моросил дождь, но после обеда распогодилось. Исходили вдоль и поперек все центральные улицы. В городе очень сохранился дух советского времени и лозунги. Ходят старые овальные автобусы ЛиАЗ и одноглазые трамваи РВЗ. Трамвая обкатали все 4 линии, расположенные крест-накрест. Долго выбирали тариф местной сим-карты. Остановились на Мегафоне «транзитном», как потом оказалось, очень удачно.

Огромный речной вокзал, в отличие от маленького Хабаровского. Помимо хабаровской ракеты имеется еще и собственная до Николаевска, отправление утром. Отсюда цена билета до Николаевска 2400руб. Есть 2 рейса в день до поселка Пивань на противоположном берегу, хотя автомобильный мост уже построили лет 10 назад.

Посетили краеведческий музей – очень понравилось много нестандартной информации об особенностях истории города. На одной окраине города поднялись на сопку для осмотра города сверху. В другой части – районе Дземги стали свидетелями испытаний реактивных самолетов прямо над улицами города. На автовокзале удивили далекоидущие рейсы Хабаровск–Богородское и Хабаровск–им.П.Осипенко. В пути – до суток. Большую часть пути – грунтовка, несмотря на это, рейсы выполняют огромные низкопосаженные автобусы «Пять Звезд».

 

1 октября. Прибытие в Ванино. Паром

 

После 8-й ночи в поезде собираемся к выходу. Жаль, что красивый перевальный участок Сихотэ-Алиня с большим уклоном проезжаем в темноте. Зато теперь, двигаясь вдоль быстрой горной реки Тумнин, выходим, наконец, к краю русской земли – долгожданному Тихому океану. Солнечная погода, покрытые лесом сопки и суда в море.

Вот она, столь далекая станция Ванино. Точнее, это даже и не разъезд – здесь всего один путь. Внутри просторного ж/д вокзала, сияющего ремонтом, автоматическая справочная по наличию мест, как и везде по России. Поезд теперь сюда приходит только один, после отмены Владивостокского. Одна касса в вокзале – морская, рядом вывешено много информации по паромам. Но расписания паромов не существует. Есть только время прибытия паромов (отправление обычно через пару часов). Сегодня время прибытия будет известно после 13.00. Сейчас можно только забронировать себе место за 150руб. Изучаю кучу информации. Оказывается, тарифы несколько ниже, чем были указаны на сайте. Кассовый сбор аж 180 руб. Очень неприятна информация об автобусе от вокзала Ванино до причала стоимостью 65 руб. Плюс, по их теории, столько же нужно заплатить за каждое место нашего увесистого багажа. При том, что расстояние всего 1-1,5км. Грубая советская кассирша сказала, что без автобуса обойтись никак нельзя. Иду на разведку, пытаясь найти возможность самостоятельно подойти к парому без помощи автобуса. Однако понимаю, что если на проходной порта не пустят, это бесполезно. Наконец, после долгих поисков и расспросов, иду около 1 км по путям в сторону Советской Гавани, забор порта заканчивается, и я свободно подхожу к причалу, где будет посадка на паром. Оказывается, он находится вообще вне режимной зоны порта.

Возвращаюсь на вокзал брать билеты. Настойчиво прошу продать билет без автобуса. Кассирша – ни в какую, прикалывает билет на автобус к остальным чекам. Еще и  за сумки спрашивает, но за них я уж точно не намерен платить, еще и такую сумму. Спасибо, хоть палубные места продали, иногда и их отказывались продавать (должны до 15 октября). Кроме нас, все остальные пассажиры – корейцы, едущие на заработки с коробкой и мешком риса на плече. Они все взяли каютные места.

Разозленные таким автобусным бизнесом «по-русски», Леша идет в поселок в общество защиты прав потребителей (его адрес указан в самом вокзале, с небольшой ошибкой). После долгих поисков оказывается, что сегодня пятница, у них короткий день. Увы, установить справедливость в этом незаконном навязывании дорогого автобуса, не удалось (в Украине за эту сумму можно проехать около 70км, а не 1,5км).

Остатки дня гуляю по городу, осматриваю 2 маяка на центральной улице. На закате фотографирую чудесные пейзажи бухты. Как раз, заходил паром Сахалин-10. После бесконечного забора с трудом нахожу спуск к бухте – наконец, я на берегу Тихого океана.

Подход нашего парома – после 23.00. Вопреки объявлениям, никто о подходе парома и посадке в автобус не объявлял. Мы интуитивно, по заходящим в вокзал пассажирам с парома, поняли, когда искать автобус. Перед пассажирами стоял непростой выбор – ждать единственного поезда почти сутки или согласиться на предложение пристающего таксиста – за бешеную сумму ехать 550 км по грунтовке в Комсомольск, а там еще потом на чем-то столько же в Хабаровск.

Очень вовремя мы заняли сидячие места в автобусе. Городской Daewoo через несколько минут набился, как селедка – корейцы, коробки, мешки с рисом. А ведь они еще и за каждую сумку заплатили по 65 руб. при таком сервисе. Никаких билетов никто не проверял. Автобус идет к причалу более длинной дорогой, чем шел я – заезжает через проходную в порт, а потом выезжает с другой стороны. Возможно,50 руб из этих 65 руб составляет виртуальный пропуск в порт (обычно он столько и стоит). Но как же тогда с каждой вещью багажа?

На входе на паром проверяют билеты и дают талон на питание в судовой столовой – маленькая компенсация неважным питанием за ненужный автобус. Очень приятная бортпроводница указывают каждому, где их каюта. Нам, с палубными, местами, сообщает, что можно располагаться где угодно. Мы такие одни, располагаемся на мягких диванах в широком коридоре. Мы не ожидали такого комфорта – огромные столы, рядом кипяток для чая, тишина ночью. Я вообще думал, что палубное место – буду спать в спальнике на палубе под открытым небом, главное – не укатиться за борт. Корейцы, все с красным значком их вождя на груди, замучили бортпроводницу одним комплектом вопросом на ломаном русском: Где можно курить? Где зарядить телефон? Где туалет? Продайте пиво! (Ответ: это не пиво, это квас)

Я все хотел озадачить бортпроводницу более нестандартными вопросами насчет устройства судна. Однако занялся подробным изучением висящих на стене наставлений по видам тревоги. Особенно мне понравилось наставление по шлюпочной тревоге – у меня почему-то родилось несколько вариантов черного юмора по этому поводу. Мы, с огромными рюкзаками, были бы первыми претендентами занять место не в тесной шлюпке, а в просторном ж/д-вагоне, находящимся в трюме – кому не хватит места в шлюпке, поедет дальше на поезде.

Представив с ужасом, как будет проходить эвакуация через тесный коридор и покрученную лестницу под потоками воды, в комфорте  улегся спать в спальнике на диване.

Отошли в 1.30 ночи, совершенно бесшумно. Поднявшись наверх на палубу, увидел только быстро уходящие огни порта Ванино.

 

2 октября. Высадка на остров Сахалин

 

Встали и поднялись на палубу, когда уже вовсе светило солнце. Мы – среди бескрайнего моря, земли нигде не видно. Паром, длиной 130м, идет строго по прямой Ванино-Холмск и весь путь держит 20 км/ч. На палубе заметна поперечная качка, однако ни малейших признаков укачивания не ощущается.

Идем в столовую получить по талону завтрак. В меню есть нормальные блюда – супы, каши и т.д. Но это все исключительно за деньги, и недешево. По талону дают следующий комплект: лапша доширак в лотке, 2 куска хлеба, маленькое пирожное, маленький йогурт, 2 куска сахара, 2 чайных пакетика, одноразовые стаканчики и ложки. Сыра «хохланд», как по списку, не оказалось, видимо, его место заняло пирожное.

Мы долго смеялись над таким позорным ассортиментом и все забрали с собой на черный день. Неужели сварить самой простой каши намного сложнее, чем давать надоевший всем в поезде позорный доширак, который и так купить можно где угодно, и кучу ненужной одноразовой посуды и упаковки?

Наконец, показался долгожданный остров Сахалин. Мы шли на  расстоянии 20км от берега, очень плавно приближались к нему.  Напротив был город Чехов, во всей красе проплывали вершины Сахалинских гор. Остров Сахалин почти весь гористый, населенные пункты примостились у побережья моря или в речных долинах. Через пару часов заходим в порт Холмск. По отличной погоде с моря удается рассмотреть город, расположенный на Холмах. При помощи буксира пришвартовываемся. Часть людей быстро выходят с верхней палубы. Мы, не спеша, идем к основному выходу. Тут вдруг какой-то мужик, рядом с милиционером, просит показать билеты и забирает паспорта, сообщая, что вернет в вокзале у отделения милиции. Не стали с ним спорить, но продержали наши паспорта почти час – миграционная служба фиксировала наш въезд на остров. Сообщили, что без регистрации можно находиться 90 дней.

Нас встречает наша знакомая Таня Мацнева с Южно-Сахалинска, приехавшая на машине с братом Колей.

Заехав на полчаса на ухоженную Набережную, где гуляет местный народ, едем через перевал с видовой площадкой в Южно-Сахалинск к Тане домой. Здесь мы будем жить в период нахождения в городе. Таня свободна 6 дней до 7 октября и потом только с 13 ноября. 5 недель она будет работать на вахте на месторождении Чайво.

Таня и ее мама Татьяна Семеновна тепло принимают нас в частном доме на южной окраине Южно-Сахалинска. Организовывают помывку в бане у знакомых. Как приятно, наконец, тут на краю России, помыться в горячей воде! Тут же, первый раз в жизни, парюсь в сауне.

 

3 октября. Южно-Сахалинск

 

Сегодня осматриваем город: прямоугольные кварталы с основными 2 улицами Ленина и Мира примостились на столь редкой на Сахалине широкой, плоской и не заболоченной Сусунайской долине. Свежевыкрашенные, нарядные стены домов, автомобильный пробки на дороге, активное строительство сильно контрастирует со многими другими поселками на Сахалине с множеством руин и брошенных домов. Ухоженный городской парк с аттракционами, очень красивым озером и почему-то неработающей в данный момент детской железной дорогой. На здании станции красуются огромные цифры достижений ДЖД о количестве отправленных поездов и перевезенных пассажиров. Посещаем областной краеведческий музей в старинном изысканном здании, построенном для этой же цели еще японцами. Внутри – много полезной информации для собирающихся поездить по Сахалину и Курилам, пару десятков сенсорных мониторов, где можно полистать информацию, например, о тайфунах или вулканах Сахалинской области.

На недавно построенной современной канатной дороге «Горный Воздух» (ПТ, выходные – 150руб, остальные дни – 100руб) поднимаемся на гору, отрог Сусунайского хребта, и с высоты осматриваем Южно-Сахалинск и широкую Сусунайсую долину. Вниз спускаемся напролом по лесу. Сначала, осматривая крутые, заросшие курильским бамбуком склоны по пути из Холмска, я думал, что это нереально. Оказалось – в некоторых случаях возможно!

Вечером поехали с Колей на машине посмотреть на газоперерабатывающий завод у бывшего села Пригородное за Корсаковым. Большинство местных, с которыми мы общались на острове, считают этот завод главной достопримечательность Сахалина, который стоит непременно посмотреть, и лучше ночью, когда он весь светится. У нас спрашивали раз 10, были ли мы на этом заводе. Недавно построенный суперсовременный завод сжижает газ, который поступает по трубопроводу с севера острова и заливает его в огромные танкеры-газовозы, которые подходят тут же к причалу. Судно его везет дальше, обычно в Японию. Говорят, одного из четырех емкостей на судне хватило бы для полного энергоснабжения Южно-Сахалинска на год.

 

4 октября. Заброшенная ж/д Южно-Сахалинск – Холмск

 

С утра моросит дождь, который будет периодически сопровождать нас весь день. Несмотря на это, сегодня идем на один из самых интересных маршрутов на Сахалине – заброшенную уникальную ж/д Ю-Сахалинск – Холмск, построенную в начале века японцами по чрезвычайно красивой и сложной горной местности. Одних только туннелей 14 штук.

Выходим поздно, автобус попадает в центре в пробку – это обыденное явление для Ю-Сахалинска. И опаздываем на дизель-поезд на Новодеревенскую – последнюю станцию перед заброшенным участком. Ничего, этот редкий на Сахалине дизель-поезд мы еще обкатаем, а сейчас идем на автобус до села Ключи. Из села поднимаемся на хребет и идем лесной дорогой, часто обходя большие лужи через заросли курильского бамбука. Это растение напоминает тростник, распространено на южном Сахалине, очень затрудняет передвижение по лесу и, особенно, склонам. Через 2 часа выходим к Сахалинскому грязевому вулкану. Под дождем рассматриваем раскисшее грязевое поле с несколькими небольшими конусами вулканчиков, с которых медленно стекает грязь и булькают газы. Отсюда совсем недалеко до ж/д. Выходим к рельсам колеи 1067мм. На этом участке они еще лежат, сильно заросли кустами. Дальше – руины казармы и туннель. С фонариком проходим его – я первый раз на таком объекте, ведь обычно все туннели охраняются. Вскоре – следующий туннель, за день мы их прошли 9 штук. Кое-где начали образовываться сталактиты. Везде капает вода. Чрезвычайно красивые пейзажи – дорога была одной из красивейших в СНГ.  Мы все выше поднимаемся на перевал, жаль, что все в дымке и тумане. Осматриваем остатки станции Перевал – сохранилось полуразрушенное станционное здание с табличкой. Дальше – несколько японских пассажирских вагонов, лежащих боком у насыпи. На них отметки капитального ремонта ТВРЗ 1995 года и ТО даже 1997 года. Непонятно, ведь дорогу развалили в 1994 году. Находим один стоящий светофор. После самого длинного, перевального туннеля, возвращаемся. На рельсах, используемых при строительстве противообвальной стенки, находим их дату производства – 1885год и клейма различных заводов, вроде BARROW STEEL. Уже по сумеркам возвращаемся на ст.Новодеревенскую. Вечерний дизель-поезд уже ушел, мы спешно идем на последний автобус в село Ключи, с трудом ориентируясь в полной тьме в куче лесных дорог с огромными лужами.

 

5 октября. Гора Лягушка, озера Тунайча и Изменчивое

 

Опять с утра дождит. На пригородном автобусе в село Охотское едем до поселка Весточка. Всего километр натоптанной тропы по лесу, переправа по натянутому тросу через красивую горную речку Комиссаровку, и мы у подножия горы. 200 метров очень крутого подъема – и мы на вершине скалы-останца Лягушка высотой 341м. Отсюда в хорошую погоду открывается чудесная панорама, сегодня же все было в тумане.

Вернувшись в Весточку, подъехал на машине Танин брат Коля и мы поехали в сторону Охотского моря посмотреть озера Тунайча и Изменчивое. Последнее озеро так названо, т.к. пролив, соединяющий его с морем, периодически засыпается песком, а вода меняется с соленой на пресную. Еще пару недель назад тут массово ловили горбушу, сейчас валялось несколько крупных дохлых особей – эта рыба, отметав икру в верховьях реки, погибает. Побережье Охотского моря было завалено выброшенными листьями ламинарии – морской капусты. Я еще не знал, что это за водоросль, и пробовать ее употребить в пищу мы стали гораздо позже. Эти озера – места массового отдыха сахалинцев летом, берега озер вытоптаны и местами загажены.

 

6 октября. Долинск. Гора Пинда. Быков

 

Долго решаем, куда поехать сегодня. С утра едем прокатиться на дизель-поезде на Новодеревенскую, куда мы опоздали прошлый раз. Дизель-поезд относительно современный, японской постройки 1994 года, специально для колеи 1067мм. Внешняя и часть внутренней обшивки вагонов – из нержавеющей стали. Этот дизель-поезд совершает в день 4 рейса туда и обратно на Новодеревенскую и Быков, причем ранний утренний рейс на Быков пассажиров не берет, а с ноября дачные рейсы на Новодеревенскую отменяются. Большую часть дня стоит. Других пригородных рейсов из Южно-Сахалинска нет, а всего на острове есть еще только рейсы из Холмска и рейс Поронайск-Победино. Маршрут на Новодеревенскую совсем короткий – ведь дальше дорога заброшена, сохранился совсем небольшой равнинный участок. Почти все пассажиры – пенсионеры-дачники, и едут бесплатно. Путь всюду один, даже на конечной станции. Тут есть только платформа с навесом, никаких больше зданий, разъездов, стрелок, светофоров, работников на всей этой линии нет. Назад возвращаемся в совсем пустом вагоне.

Далее едем на автобусе в райцентр Долинск. В самом городе смотреть практически нечего, кроме закрытого большого ж/д-вокзала (т.к. кассир в отпуске 40 дней) и одного замеченного лозунга «Слава рабочему классу!». Мы идем по лесу на гору Пинда. Дорога, с многочисленными лужами и свалками, состоящими из кузовов легковых автомобилей, постепенно заканчивается в лесу, и последний участок приходится подниматься напролом по лесу, через вездесущий курильский бамбук. Уже думали, что вершина полностью покрыта лесом, обзорности нет, и чуть было не вернулись. И тут вдруг выходим на открытую площадку с отличной обзорностью во все стороны, видно долину города Долинска, горы и Охотское море. На вершине – руины воинской части противовоздушной обороны, таких бывших частей много по Сахалину. Вдруг резко подъезжает милицицейский УАЗик и резко останавливается возле нас. Оказывается, правоохранительные органы сюда, на гору высотой 391м, приехали на служебном авто, чтоб просто распить огромный бутыль водки, наслаждаясь красивым видом. Мы спускаемся назад по наезженной дороге, в самом конце эти миционеры догоняют нас и предлагают подвезти. Садимся, замечаем, что водитель тоже не совсем трезв, но с управление как-то еще справляется.

В хорошо заполненном ПАЗике, идущем на Быков, едем до городка Углезаводск. Сразу за Долинском асфальт заканчивается, начинается широкая грунтовка. На Сахалине всего несколько заасфальтированных дорог, связывающих столицу с соседними крупными городами, все остальные дороги – грунтовые, что совсем не мешает движению автобусов.

Выходим на окраине Углезаводска, у вяло работающего завода. Закрытое помещение ж/д станции, никаких работников нет, есть только пассажирская платформа для 2 пар дизелей. Идем по рельсам в сторону Быкова. Накат очень слабый. Я уж стал сомневаться, что ходит дизель-поезд, на котором нам вечером отсюда выбираться. Тем не менее, кое-где свежезамененные шпалы. Все рельсы – старинные, попадаются клейма Азовсталь 1954г., Куз.М.З. им.Сталина, 1941г. Перед Быковом поднимаюсь на холм, осматриваю по хорошей погоде долину реки Найба. Заходим в Быков – шахтный городок из многоэтажек и множества руин. Я хотел что-то узнать про показанный на всех картах огромный 4,5-километровый туннель, но к месту, где он должен быть располагаться, не было следов никаких ответвлений ж/д-пути. Местные сообщили, что туннель существует для шахтных вагонеток, и даже раньше, с обратной от Быкова стороны, он не охранялся, и на вагонетке могли прокатиться все желающие. Мы так и не смогли проверить это, а также осмотреть в том же районе пороги на реке Красноярке. Еще есть большой ж/д-мост через реку Найба. Естественно, он не охраняется – ведь даже на ближайшей ж/д-станции нет ни одного живого работника. Между мостом и станцией – шахта, по внешнему виду очень изношенная и в аварийном состоянии.

Железнодорожная станция Быков – самая глухая из всех работающих станций, что я когда-либо видел. Заколоченное прямоугольное здание с небольшой табличкой, расписаний нет. Станционных работников, светофоров тоже нет. Есть только разъезд с ручными стрелками, но он не используется – тут разъезжаться нечему. Никакого грузового движения нет, хотя раньше Быков был одной из основных углепогрузочных станций. Утром и вечером приходит дизель-поезд, и сразу уходит обратно. Причем, вроде как ежедневно (на сайте РЖД указан, как только по рабочим дням)

Прибыл знакомый нам с утра дизель-поезд. Обилетились в вагоне, и поехали со скоростью куда большей, чем можно было ожидать для такой неухоженной дороги. И людей в вагоне было не совсем мало. Выехав в Соколе на «магистраль», вообще разогнались до 70-80км/ч.

В Южно-Сахалинск прибыли в 22.00. Городской транспорт, активно ходящий днем, резко прекращает работу в 20.30-21.30 – такая вот поблажка многочисленным таксистам. А нам идти домой пешком 4км, жаль, что тротуара на второй половине пути нет.

 

7 октября. Пик Чехова

 

Сегодня Таня уже не может с нами ходить – ей сегодня вечером ехать поездом до Ноглик – на 37 дней на вахту. Леша отдыхает дома, а я сам иду на восхождение на пик Чехова высотой 1043м – одну из самых высоких и посещаемых вершин Сахалина.

Сегодня отличная погода и самый теплый день нашего пребывания на острове – полпути шел в одной футболке. Пройдя знакомый центральный парк, вдоль речки Рогатки прохожу огражденное в связи с санитарной зоной водозаборное водохранилище и по накатанной дороге иду в сторону перевала Чехова. Навстречу на огромной скорости пролетает несколько мотоциклистов. Не доходя перевала – ответвление тропы влево, на пик Чехова. Вдоль тропы – несколько очень информативных указателей, вся тропа промаркирована и разбита на несколько участков со станциями, на них указатели оставшегося пути и набора высоты. Очень удобно. Сама тропа местами очень крутая, во многих местах провешены перила из веревок. Указатели также информируют о возможном появлении медведей на тропе, и как следует себя вести. Сначала стало как-то некомфортно, но ведь это была еще просто окраина города, а дальше мы будем лазить действительно по глухим местам. Последние 3км пути – по хребту, местами заросшему кедровым стлаником. Обзорность великолепная. Жаль, что только над городом постоянная дымка, тем более направление против солнца. Хорошо видны заливы Охотского моря на востоке и Анивский залив вдалеке. Рассматриваю все в бинокль. Далеко на севере виден плавный поворот берега Охотского моря в строну Поронайска и даже очень смутно горы дальше Поронайска. Посмотрев по карте и измеряв по GPS расстояние, я определил, что до этих гор около 280км. Действительно ли это были столько отдаленные горы, насколько реально увидеть их даже в хорошую погоду – осталось недоказанным.

Назад шел быстрее, последние участки по тропе и весь путь по грунтовке до города шел в полной темноте. Хоть и находился за день немало, пришлось идти пешком еще через весь город – автобусы уже не ходили.

 

8 октября. Село Лесное, побережье Охотского моря

 

Откладываем отъезд на север на день – Леша хочет долечить простуду. Я решаю поехать в одно из немногих оставшихся интересных мест в окрестностях города – село Лесное и походить вдоль берега моря.

Утренний автобус ушел рано, обеденный – только в 13.50. Решаю попробовать автостоп. Корсаковским автобусом выезжаю до поворота на Охотское, за несколько километров взяли 28 рублей (Хотя раньше до Весточки за 20руб ехали). Долго стоял и голосовал на повороте, машин много, но никто не останавливается. Через полчаса надоело, отошел к речке отдохнуть, чтоб потом поехать на обеденном автобусе. На Сахалине практически везде, если отойти от дороги, будет речка или ручей – речная сеть очень густая.

Вернувшись через полчаса на трассу, сразу уехал до поворота на старую корсаковскую дорогу, оттуда сразу же на двух машинах в маленький поселок Лесное. Денег ни разу за все поездки автостопом не просили. Через село протекает речка Очепуха – тут я впервые увидел остатки нерестового хода горбуши. Несколько десятков крупных рыбин вяло плавали в мелкой речке. Очень много рыбы было дохлой – как в реке, так и на берегу. Местами стоял устойчивый зловонный запах, но это нормальное явление. Значит, еще не всю рыбу вылавливают браконьеры, раз она отнерестилась и погибла своей смертью. Кстати, ловить лососевых без лицензии вообще запрещено, а лицензия стоит 100-150руб за хвост – очень недешево. Абсолютное большинство рыбы и икры вылавливается по-браконьерски, но это больше на севере острова, на юге рыбинспекция очень сурова. С десяток рыбаков пытались долавливать рыбу в устье реки, рядом дежурила огромная стая чаек, но на дохлую рыбу они не сильно кидались.

Погода великолепная, я иду вдоль берега по песку на юг около 5 км. Много выброшенных на берег древесины, пустых крабов, оболочки морских ежей и скелеты рыб. Здесь, и почти везде на Сахалине, нет проблем с пресной водой – ручейки впадают в море каждые 200-500 метров. Пока тепло и почти безветренно, решаюсь покупаться в Охотском море. Вода около 14 градусов.

Возвращаюсь назад в село – нужно успеть пройти еще 6км до дороги из Охотского, где в 20.20 проходит автобус. На последних километрах пути меня подобрал микроавтобус (естественно, праворульный японский), пассажиры расспрашивали и восхищались моим путешествием до самого Южно-Сахалинска. Женщина, вышедшая со мной на окраине города, усадила меня в маршрутный микроавтобус и попросила водителя не брать деньги с такого далекого путешественника. Водитель-таджик и сам был не против покатать меня – предложил проехаться с ним через весь город на противоположную окраину, обратно меня одного отвез к самому дому.

 

9 октября. В поезде на Тымовск

 

Сегодня выезжаем на север острова – хотим побывать там, пока еще непоздняя осень. Грузопассажирский поезд №967 Южно-Сахалинск – Тымовск уходит в 8.50 – мы сознательно хотели ехать днем 14 часов, причем только до Тымовска, чтоб из окна увидеть природу острова. На Ноглики идут только ночные поезда. Мы еще не знали, что комиссионный сбор в России полностью отменили с 1 октября, потом мы долго думали, что это только тут его не берут в сидячие вагоны (на острове только один плацкартный вагон, он ходит в фирменном поезде, в остальных двух – только купейные и сидячие). Поэтому мы решили обхитрить КСБ, доехав обычным городским автобусом до первой остановки поезда в Новоалександровке – касс по Сахалину почти нигде нет, значит возьмут без билета и выпишут его вручную без КСБ. Дефицит мест наблюдается очень редко – только в дни пик и чаще на купейные в фирменном поезде.

Так и получилось. Проводница выписала билеты на бланках строгой отчетности строго по тарифу. Куча ненужной писанины делает эту процедуру довольно долгой. Сидячий вагон Тверского завода в музее ж/д называли вагоном повышенной комфортности. Действительно, вагон новый, все аккуратно, сидения, немного откидывающиеся, столики, постоянное наличие кипятка. Но я твердо убежден, что общие вагоны значительно удобнее и уютнее, и в то же время вместительнее (81 место против 50) при той же цене, но таковых на Сахалине уже не будет. В этом вагоне вся верхняя часть никак не используется. Днем еще ехать нормально, а вот ночью (позже мы испытали) явно неудобно.

Поезд идет довольно медленно и долго стоит на некоторых остановках. Кое-где перецепляют грузовые вагоны. А их более десятка при двух пассажирских (второй – полупустой купейный, по выходным добавляют еще один сидячий). Однако на некоторых участках идет неожиданно быстро – а ведь это вагоны широкого габарита, которые просто так поставили на тележки, которые уже почти на полметра. Видимо, устойчивость ухудшилась мало. Плохо открывающиеся окна позволили фотографировать – погода стояла великолепная, пейзажи тоже. Немалую часть пути ехали прямо по берегу Охотского моря, на пути один перевальный участок в районе хребта Жданко.  Людей ехало немного, кроме рабочих и местных жителей, ехала группа рюкзачных местных туристов, идущих в поход на хребет Жданко. Большинство станций с маленьким зданием, иногда сделанным из пустых контейнеров, работающих касс всего несколько. Активно идут работы по ремонту пути и замене старых мостов. Кое-где кладут шпалы с выемкой под третий путь – готовятся к перешивке на материковую колею. Однако еще в 2003 году говорили, что ее закончат к 2009, а сейчас говорят, что и за последующие 15 лет это вряд ли закончат – это очень непростой процесс, даже сейчас трехниточного пути мы почти нигде не замечали. Вагоны теперь все стандартные материкового габарита, от японских совсем недавно полностью избавились. А вот тепловозы используют завода Людиново Калужской области, которые выпускались специально для Сахалина, сейчас они уже все поизношены.

Последний, самый однообразный участок, идущий по широкой долине вдоль реки Тымь, ехали уже по полной темноте. И вагон наш уже был совсем пустой.

Прибыв на конечную, станцию Тымовск, перед полуночью, мы подыскали место для ночлега в редколесье в 200м от станции. Палатку поставили прямо на насыпи старого разобранного подъездного пути. Первая ночевка в палатке прошла комфортно, было еще не очень холодно.

 

10 октября. Тымовское. Александровск-Сахалинский

 

Встали поздно – в дальнейшем я старался не допускать поздних выходов, учитывая короткий осенний световой день. Вода, конечно, нашлась рядом – тек ручей. Первый костер на Сахалине помог приготовить завтрак. Решаем, что раз уж мы в Тымовском, съездить в бывшую столицу город Александровск-Сахалинский. Часть вещей и продуктов рискуем запрятать тут же в кустах – ведь возвращаться сюда в любом случае.

Проходим весь город Тымовское – полюс жары и холода Сахалина (+36, –51) Сплошных руин нет, но и ничего богатого или примечательного в городе не наблюдается. Пройдя через площадь с памятником Ленину, расспрашивали местную жительницу, она сообщила, что раньше тут работало много предприятий, сейчас почти ничего не осталось.

Выходим на трассу на Александровск, переходим мост через реку Тымь и начинаем стопить. Машин очень мало. Почти через час нас подбирает водитель японского самосвала, едущего на полпути до угольного разреза Нижний Армудан. Сразу начинается грунтовка, самосвал летит 70-80км/ч, но тряски в кабине на пневмоподвеске не наблюдается.

Выходим в глуши посреди леса на повороте. Здесь мы простояли  около 3 часов – машин очень мало, останавливаться не хотели или были заполнены. Утомившись от стояния на месте, хотя погода была великолепной, устроили перекус в стороне на берегу речки, и уже пошли было назад по трассе, чтоб хотя бы осмотреть какие-то руины военной части. И тут нас подбирает легковая машина. Разместившись в тесноте – всего 5 человек, а у нас рюкзаки на коленях, серпантином через перевал доезжаем до Александровска. Здесь сразу чувствуется мягкий климат – ранняя осень, еще все зеленое и очень тепло. Пройдя стандартную площадь с Лениным, переходим на другую сторону извилистой реки Большая Александровка, поднимаемся на холм, чтоб по солнцу осмотреть с высоты город. Пейзаж просто великолепен, еще и освещение самый раз. Город расположен на зеленых склонах по берегам реки. Сейчас сильный отлив. У моря валяется несколько ржавых судов, мы их еще осмотрим. В порту огромная куча угля и несколько маленьких катеров. Сам порт не выглядит сильно работоспособным.

Тут же, у знаменитого мыса Жонкиер, многие местные приехали на машинах прямо по морскому дну по отливу. Собирают что-то в море. Нам показали моллюсков морских ежей, мы их тоже нашли несколько, попробуем вечером. Достопримечательность Александровска, скалы Три Брата, сейчас почти полностью вышли из воды, к ним можно подойти, не замочив ног. Потом проходим через туннель, сооруженный в 1880-1883 гг. – в какой-то мере памятник человеческой глупости. Тяжелейшим ручным трудом каторжников был создан этот туннель, а ведь надобности в нем большой и не было – и по берегу обойти можно, и дорога на маяк совсем в другом месте идет. Памятник архитектуры, маяк 1897 года, в плачевном состоянии – огромные трещины шириной 10 см. Какая-то охрана, видимо, живет в казарме в стороне от маяка, тут же могли спокойно все осмотреть. Сейчас работает только малюсенький маячок рядом со старым большим – слабый огонь светится от автомобильного аккумулятора.

Начало темнеть. В сумерках осматриваем следующие три скалы в море – теперь это Три Сестры. Останавливаемся ночевать на пляже. Ручей рядом, куча выброшенных штормом дров. Морских ежей нам посоветовали есть сырыми. Вполне съедобно и даже несколько вкусно, только съедобной части мало. Вторую часть решили попробовать сварить. А вот Леше они не понравились. Очень тепло, решаем не ставить палатку, а ночевать прямо на песке под открытым небом в спальнике – единственный раз за всю поездку. Очень опасались, чтоб начавшийся ночью прилив не залил нас.

 

11 октября. Западный берег. Дуэ. Александровск-Сахалинский

 

В 6 утра нас разбудили несколько капель дождя, но этим все и ограничилось. Быстро подорвавшись, разожгли костер. Рассвело, но было очень мрачно. Идем по берегу на юг в строну поселка Дуэ. Попалось 2 водопада, стекающих по наклонной с высоты метров 20 – таких водопадов у морского берега на Сахалине много.

Подходим к Дуэ – старейшему поселку на Сахалине и бывшему центру Сахалинской каторги и всего острова. Только в 1881 году административный центр острова и каторги из поста Дуэ перемещается в пост Александровский. Сейчас Дуэ представляет собой множество руин и заброшенных домов с несколькими десятками жилых домов – более заброшенного поселка, который является жилым, мы на Сахалине не видели. Раньше каторжане трудились на угольных копях, период расцвета рабочего поселка связан с шахтой «Макарьевка» и созданием в декабре 1931 года треста «Сахалинуголь». Сейчас все шахты заброшены, тем не менее, сюда ежедневно приходят 2 рейса автобуса. Нам местные посоветовали посетить высокий водопад, один из самых знаменитых на Сахалине. Однако, начав путь дальше на юг по морскому берегу, мы через километр уперлись в непропуск – вода в прилив полностью подошла к обрыву. Пришлось возвращаться в Александровск, однако и туда по берегу теперь идти было не возможно. Пошли по более длинной автодороге. Зато тут, поднявшись на хребет, мы единственный раз на острове, смогли увидеть берег материка – четко виднелись горы Хабаровского края, до них было более 100км. Идем в сторону города, пытаясь стопить редкие машины. Тут вдруг замечаем в таком глухом месте маркированную туристическую тропу проекта «Сахалин Энерджи». Тропа идет по хребту через колонии огромных муравейников. Жаль, что сплошной лес мешает обзорности. Поспешно возвращаемся на дорогу, чтоб успеть на ПАЗик Дуэ – Александровск, на котором и подъезжаем оставшиеся 7км.

Осмотрев автовокзал с парой десяткой рейсов, причем «на большую Землю» в Тымовск их всего 2, идем в сторону моря. По пути – лавочка под деревьями на высоком берегу реки с очень красивой обзорностью. Рядом – просто поразительная гора мусора, в основном пивные, водочные бутылки и прочая ерунда. Такое впечатление, что эту кучу ежедневно и упорно местная молодежь наполняла не один год, совершенно не брезгуя садиться в следующий раз на эту же загаженную лавочку для созерцания «природы».

Лежащие на песке у моря два судна когда-то были рыболовными приписки порта Александровск. Можно залезть вовнутрь, в ржавом трюме даже дизель сохранился. Рядом – еще куча останков всякой техники, почти целая узкоколейная ж/д-цистерна и руины огромных портовых помещений 1954 года. Пополняем в магазине запасы продуктов – очень понравились отличные сладкие сухари всего по 60 руб, взял 2 кг (более-менее вкусное печенье на Сахалине от 130руб, самое дешевое – от 80 руб). Возвращаясь к центру, проходим музей Чехова – писатель какое-то время жил в этом доме. Рядом – недавно открытый памятник и цветник, очень контрастирует с грязными соседними улицами, мусором, болотом и развалинами. Пройдя центр города, сразу начинается очень пыльная гравийка. Идем в пыли на окраину, чтоб попытаться сегодня уехать в Тымовское, ведь поезд дальше на север рано утром. В этот раз повезло – перед самими сумерками (а по темноте стопить почти бесполезно) поймали легковую машину – молодой парень ехал аж в Корсаков. Он исходил весь остров, отнесся к нам с пониманием и рассказал много интересного. Мы поразились, как он на легковушке по грунтовке гнал со скоростью более 100км/ч – японские машины даже на таких дорогах неубиваемые. Только сейчас я понял смысл знаков ограничений скорости «70», которые иногда попадаются на сахалинских грунтовках.

Ночевать идем на знакомое место. Однако, приготовив на костре ужин, решили не ставить палатку, а переночевать в полуразваленном доме. Дом, найденный Лешей, оказался железобетонным и почти разваленным в прямом смысле – рядом с нашей комнатой угрожающе свисали многотонные плиты перекрытий. В общем, спать пришлось очень чутко, опасаясь землетрясения (хотя в таком случае было бы уже поздно). Еще и мыши несколько раз покушались на наши продукты, пришлось ночью подвешивать.

 

12 октября. Ноглики. Дорога в Оху

 

Выйдя по утренним заморозкам с нашего укрытия, идем на вокзал и без билетов садимся в поезд №602 Ю-Сахалинск – Ноглики, т.к. касса в такое время не работает. Сам поезд здесь меняет номер на грузопассажирский, и тут к нему могут прицеплять грузовые вагоны. Непонятно, зачем такая сложность – ведь на юг грузопассажирским является другой поезд, а не этот.

Сидячий вагон хорошо заполнен – в основном, едут работяги на вахту. На рассвете рассматриваю однообразные пейзажи редколесья Тымовской долины, завтракаю.

Большой просторный вокзал Ноглики без таблички, внутри – автоматическая справочная (их, видимо, 2 на острове) и электронное табло. Как обычно, билетов хватает, особенно сидячих. На привокзальной площади большое количество вахтовок на базе полноприводного КамАЗа встречает прибывших на вахту рабочих. Единственный рейс рейсового автобуса на Оху отправляется через час – он ждет прибытия скорого поезда. Удовольствие проехать в этом ПАЗике 6 часов по грунтовке стоит 680руб – явно дорого, куда дороже недешевых российских поездов, даже тут, среди нефти и газа.

Так что мы поедем автостопом, а для этого нужно пройти весь город, чтоб выйти на трассу. По пути проходим бывшую узкоколейную станцию Ноглики, где поезда колеи 750мм уходили на Оху. Увы, пару лет назад уникальная, одна из самых длинных линейных узкоколейных дорог, полностью разобрана – осталась только насыпь и многочисленные мосты. На станции, как ни странно, на путях стоят 2 тепловоза с несколькими пассажирскими вагонами, используемыми под жилье. Один тепловоз на вид целый. Сама станция используется, как место сбора и порезки металлолома.

Проходим аккуратный центр с огромными плакатами Роснефти, доходим до длинного моста через реку Тымь. Рядом с автомобильным – очень добротный железнодорожный, видимо его уже строили недавно под возможность прокладки широкой колеи, но теперь забросили совсем.

Находим место на очень грязной обочине и начинаем стопить. Стоять тут не очень удобно, но другого выхода у нас нет. Много грузовых машин с трубами, топливом и т.д. Через час останавливается крупный японский грузовик-рефрижератор. Он хотел взять только одного, но потом уговорили за двоих, хоть среднее место в кабине было неполноценным. Вез он из Южно-Сахалинска замороженные продукты на нефтегазоносное месторождение Одопту. Дорога – широкая разъезженная песчаная грунтовка. Сейчас ее состояние было нормально, держали скорость 60-70 км/ч. Однако, по рассказам водителя, в период дождей или таяния снегов можно и 10 км целый день ехать, еще и пробка огромная образовывается. Лес кончился, пошло чахлое редколесье и стланик на песчаной почве. Проехали мы почти 200км. Вышли на повороте на Одопту (это за 30км до Охи). Оставалось 3 км до поселка нефтяников Тунгор. Половину мы прошли, остальное подвезли. Недолго задержавшись в поселке из нескольких пятиэтажек, на УАЗике-буханке достигли северной столицы Сахалина – Охи.

Прошли по центральной улице. Пятиэтажки и большое количество вахтовок на улицах вместо городских автобусов. Попробовали искать место для ночлега за городским парком, где лесообразующие породы – лиственница и кедровый стланик. Потом вернулись назад к въезду в город и очень долго и безрезультативно пытались найти заброшенный дом для ночлега. Оха оказалась не такой вымирающей, целых заброшенных домов не оказалось, или же они сразу во влажном климате превращались в руины. Лазить в темноте по руинам надоело, начали искать просто ровное место, но это оказалось непросто. Пришлось полностью выйти на окраину города, там мы примостились на холме с великолепным видом на тепловую электростанцию и поле с многочисленными нефтекачалками. Из всех предыдущих вариантов место было очень неплохим. Чтоб лишний раз не светиться с костром, вечером готовим на бензиновой горелке.

 

13 октября. Оха. Москальво. Некрасовка

 

Утром пригрело солнце, хотелось растопить и высушить иней на палатке, вышли опять поздно. Идем в центр, попутно рассматривая памятники и плакаты типа «Оха – город, в котором хочется жить». Осматриваем памятник-паровоз Локомо колеи 750мм производства Финляндии 1952 года. По разобранному пути идем осматривать узкоколейную станцию. Тут полный бардак – среди раскуроченных вагонов все завалено различным металлоломом. Очень непривычно выглядела разгрузка крытого вагона на разобранной дороге – вагон используется как недвижимый склад. Вышел колоритный азербайджанец – хозяин металлоломного бизнеса. Он нам предложил поехать на самосвале, везущем металлолом, в порт Москальво. Ожидая, осматриваю бывшее здание станции, используемое для работников этой фирмы и остатки вагонов с надписями «Приписано ст.Оха». Наконец, дождались отправления грузовика. В отличие от предыдущих, груженные мы ехали очень медленно. Еще и с полпути пришлось возвращаться назад за забытой вещью.

Порт Москальво выглядит полностью запущенным. Видимо, тут теперь кроме металлолома с разобранных железных дорог, нефтескладов, заводов, портов ничего и не возят. Порт совсем невелик, находится в конце голой песчаной косы. У причалов стояло пару судов. Нас высадили перед проходной, мы не стали проситься на территорию. От единственной на острове ширококолейной железной дороги длиной 35 км Москальво – Оха не осталось и следа – я смог обнаружить только несколько гнилых шпал в одном месте. Даже песчаную насыпь смело ветром. Отойдя к морю Сахалинского залива, мы пропустили нашего водителя, когда он возвращался, и прошли по пустынной дороге назад, в сторону руин нефтесклада. Вскоре нас подобрали на микрогрузовичке. Мы решили доехать до поворота на село Некрасовку – хотели посмотреть, как живут в этом самом северном жилом поселке Сахалина коренные народы севера. 7 км до Некрасовки тоже не удалось дойти пешком – через пару километров ходу нас подобрали на микроавтобусе 2 коренных представителей нивхов. Они, конечно, ехали с рыбалки. Я еще и нескромно попросил рыбы – нам подарили соленую горбушу и кусок хвоста только что выловленной краснокнижной 1,5-метровой рыбы калуги. Помимо 3 калуг, везли еще и нерпу. Видимо, у коренных малочисленных народов на браконьерство закрывают глаза. Семью рыбака переселили в 70-х годах в Некрасовку из маленького глухого села Рыбновска по программе выселения мелких сел. Сама Некрасовка состоит из панельных 2-этажек и еще множества одинаковых домов. Огромная многоэтажная школа. Магазины и газопровод – вовсе не хижины и оленьи упряжки, как я немного ожидал.

Осмотрев красивый мыс Иль-Ых, откуда хорошо видно полуостров Шмидта, куда нам предстояло идти, полазили по брошенным рыболовецким катерам местного рыбколхоза. Для ночлега, наконец, удалось найти заброшенный дом. Точнее, полдома – во второй половине спросили разрешения у хозяйки. Молодая представительница нивхов робко согласилась, когда я объяснил, что мы «нормальные». Хотя, пыльный заброшенный дом без печки в хорошую погоду – не лучший вариант ночлега, разве что немного теплее, чем в палатке. И готовить ужин на костре пришлось, отойдя 100 метров от дома в лес. Уха из калуги оказалось великолепной, в рыбе совсем нет костей.

 

14 октября. Оха. Колендо. Начало пути на п-ов Шмидта

 

Встретив восход солнца над морем, и забрав заряжаемые аккумуляторы, идем на трассу. Нас быстро подбирают на джипе-пикапе. Водитель и пассажир восторгаются нами, хоть и сразу чувствуется, что в относительно недешевой машине – крутые люди.

Снова пройдя всю Оху, докупаем в магазине недешевых продуктов и идем искать трассу на бывший поселок Колендо (его выселили на всякий случай и снесли после трагического землетрясения в Нефтегорске). Наша цель – самый северный на острове полуостров Шмидта, и возможно, самый северный мыс Елизаветы. Пройдя кладбище, находим удобное место с красивым видом на заливы и северное редколесье. Дальше населенных пунктов нет, так что можем простоять долго, ожидая машину. Один мужичок на очень старом ГАЗе сам остановился, очень восторгался нами, но ехал недалеко. Наконец, нас подобрала пустая вахтовка на базе КамАЗа – в кузове мы проехали немного далее бывшего Колендо – машина сворачивала на нефтепромыслы. От самого Колендо почти ничего не осталось, кроме красочной въездной таблички. Дальше в нужном нам направлении могут идти только самосвалы на карьер, но их движение совсем непредсказуемо. В течение часа обедали прямо на трассе и пытались ждать машину. Потом решили идти пешком, пока хорошая погода, хотя еще оставалось 40км трассы. Идти было приятно, природа красивая, машин нет вообще, рюкзаки не очень тяжелые – на такой длительный поход по глуши продуктов мы взяли явно маловато. Прошли пустой домик с печкой у дороги – видимо, тут кто-то жил, даже собака бегала. Хорошо б было тут заночевать, но еще рано было. Потом оказалось, что это кордон заказника, и будь егерь на месте – мог бы нас не пустить без пропуска или просить денег.

К вечеру мы надеялись найти какой-то домик для ночлега, но на картах разного масштаба домики были обозначены в разных местах. Решили дойти до одного предполагаемого места, уже стемнело, а домика все не было. Когда уже совсем устали, долго идя по темноте, решили ночевать в палатке. Кстати, с 14.30, как мы оказались на трассе, и до ночи не было ни одной попутной машины. За день мы прошли пешком около 20 км. Поставили палатку, с трудом отыскав место в густой тайге – как только мы прошли Охинский перешеек, чахлое редколесье, тянувшееся почти от Ноглик, превратилось в настоящую тайгу – на полуострове Шмидта особый тип климата. Вечером жгли большой костер, чтоб до утра остались какие-то угли – ведь здесь уже немало медведей. Хотя костер все равно за ночь гаснет.

 

15 октября. Полуостров Шмидта. Тайга, броды и болота

 

Встали очень рано. Приятно, когда вылезая на морозный воздух, мгновенно разжигается костер пучком сухих еловых веток.  Вышли на трассу с рассветом. Нам осталось пройти по трассе около 10км – ждать машины уже точно незачем. По пути наблюдаем чудесную картину – все, покрытое белым инеем, играет в оранжевых лучах рассветного солнца. Наконец, о чудо – первая машина в нашем направлении! Останавливаем. Водитель самосвала предлагает садиться – он отлично знает здешние места, родился в поселке Ныврово, с детства исходил весь полуостров Шмидта. Он нам очень толково объяснил дорогу, предложив пойти по «центральной дороге» на полуострове, т.к. таким путем намного короче до Ныврово, чем вдоль западного побережья, как я планировал. Вот только не сказал он нам, сколько по этой дороге болот… Подвез нас всего 3км – мы доехали до так называемого «нулевого километра», где начинался наш зимник, и сам уехал на карьер. Отсюда до бывшего поселка Ныврово около 50км.

Начало пути – широкая, накатанная грунтовка. Сразу начали попадаться огромные лужи – обходить их непросто. По кустам и бурелому, а там и болото может быть. Появились следы медведей на дороге – их было много, в основном, небольшие. После перехода через реку Славянку дорога резко стала хуже и для большинства машин непроезжей. Периодически попадались реки – Батарейная, Пильво и много мелких ручьев. Их нужно было переходить вброд, глубина пока не превышала колена. Сначала снимали ботинки – хоть они и были сырыми от луж и болот, доливать вовнутрь еще воды не хотелось. Вода была очень холодной (однако потом она стала еще значительно холоднее) и цвета кока-колы из-за торфяников. Болота становились все больше и чаще. Слишком топких и глубоких болот не было, однако на 10-15см проваливались постоянно. Появились мари – заболоченные территории, покрытые редкостойным угнетённым лиственничным лесом. Кое-где попадались участки, которые качались и шатались – это слой сплетенной корнями травы плавает на воде, и провалится через этот «матрац» уже опасно. Теперь уже снимать ботинки на бродах было бесполезно – вода в них хлюпала постоянно. Скорость движения упала, ноги постоянно проваливались в грязь, обходы всего на несколько метров занимали много времени и толку давали немного. Тем не менее «дорога» со следами протекторов квадроциклов читалась почти везде, с пути мы не сбивались. Хотя это была уже явно не дорога, а направление. Утомленные такой ходьбой, мы вечером поняли, что не дойдем до зимовья (охотничий домик), до которого еще было 5-8 км, и с трудом найдя крохотной сухой островок под огромными елями, поставили палатку. Ночью были заморозки, однако это еще был тот минимум температуры, который позволял спать довольно комфортно.

 

16 октября. Болота. Река Диановская

 

Встали и приготовили завтрак по-темному и вышли, как только лучи света стали пробиваться в лес. Ботинки пришлось одеть полностью мокрыми – сушить их было бесполезно. Бесконечное проваливание в грязь сильно утомляло, хорошо, что хоть провалиться глубже 15-20см не приходилось. Очень уже хотелось выйти на дорогу получше, однако, чем дальше в тайгу, тем менее реально это было. Выходим на широкий луг из высоченной сухой травы вдоль реки Диановской. Здесь дорога полностью теряется. Зато замечаем вдали домик, к которому хотели дойти еще вчера, это добавляет энергии. Упираемся в реку – ее нужно как-то перейти, но глубина явно выше пояса. С трудом бродим в зарослях 2-метровой сухой травы, ищем брод. И вдруг находим мост! Первый нормальный для пешего перехода деревянный мост, начиная с «нулевого километра». До домика остается 200м, но они даются с трудом – к густой траве добавилось болото и кочки, с рюкзаком приходится проваливаться местами почти по колено. Наконец, уставшие, падаем у домика. Тут много брошенной техники и всяких обломков – когда-то здесь был колхозный сенокос, сейчас пристанище для браконьеров. Большой дом в плачевном состоянии, а рядом поменьше – вполне пригодный для ночлега, есть буржуйка и даже баня, на вид вполне работоспособная. Но сейчас еще обед, ночевать рано и мы идем дальше. Дорога после зимовья появилась, однако через 2км полностью исчезла, упершись в болото. Возвращаемся, чтоб исследовать ответвление куда-то влево, и по нему выходим к заливу Неурту, куда нам совсем не нужно. Дорога тут полностью пропала, началось еле читаемое направление по заболоченному лугу. Решаем не возвращаться, а перевалить напролом через хребет. Вот тут уж мы точно идем по «медвежьему углу», просто по компасу. Вскоре выходим снова к реке Диановской, где с радостью замечаем необходимое нам следующее зимовье. Тут реку снова нужно перейти, удачно находим широкий брод, немного выше колена. Однако глубина брода всегда неизвестна, поэтому приходится раздеться полностью, чтоб не намочить еще сухую одежду. Все домики здесь полностью сгоревшие – скорее, их специально кто-то поджег. Остались только несколько дырявых вагончиков. Начал моросить дождь. Мы спрятались в вагончике и на горелке приготовили чаю – после обеда с соленой горбушей страшно хотелось пить. И снова в путь – теперь идем по слабо читаемой тропе вдоль заболоченного берега залива Куэгда на границе луга и леса. Погода совсем испортилась – после красивой радуги стало мрачно, моросит дождь. Лужи давно превратились в залитые водой территории, но на воду в ботинках уже просто не обращаешь внимание. В таких условиях, в громоздком дождевике останавливаться для отдыха непросто и холодно – нужно все время идти. Упираемся в долину большой реки Валовской. Помню, еще водитель КамАЗа упоминал, что для перехода ее нужно пройти выше по течению и сделать крюк. Однако на карте показан и прямой путь. Пытаемся найти тут брод, но сразу видно, что глубина приличная. Чтоб не возвращаться на дорогу, бредем по траве, кочкам и болоту вдоль реки, которая еще и петляет. Очень мрачно, моросит дождь, временами ветер сдувает дождевик с рюкзака, начинаются сумерки, а мы на краю земли, в глуши и еле движемся, сбившись с дороги – наш поход превращается в сомнительное удовольствие, или, может, начинается экстрим.

Наконец, выходим на покинутую нами дорогу, идущую к верхнему броду. Вдруг выходим к нескольким домикам. Самое время тут заночевать. Людей не видно, однако, свежие следы жизни налицо. В самом приличном доме сидит собака лайка. Мы уже начали подыскивать сарай, но замечаем спящего в доме хозяина.

Обитатель дома был совсем не против принять нас. В доме топилась печка, в соседней комнате стояли 2 кровати. Здесь уже 3 месяца жил «профессиональный» браконьер – все лето они с бригадой в этом глухом месте охотились, рыбачили и заготавливали красную икру. Сейчас он остался сторожить нехитрое имущество, и через несколько дней уже собирался покинуть дом и уйти зимовать домой, в Оху. Рассказал нам, как тут массово занимаются красной икрой – хоть и заказник, по причине отсутствия проезжих дорог сюда редко наведываются егеря и рыбинспекция. Особо крутые за лето вылавливают десятки тонн красной рыбы и всю ее тут же выбрасывают, забирая только икру. Потом икру различными сложными способами (лодкой по морю, на квадроцикле, зимой по зимнику, некоторые на вертолете) вывозят на большую землю. К нам он отнесся вполне доброжелательно.

Развесив над печкой сырую одежду, улеглись спать в теплой комнате.

 

17 октября. День в зимовье на реке Валовской. Непогода

 

Утром поняли, что в такую погоду пытаться идти дальше бессмысленно – надолго зарядил дождь с очень сильным ветром. Сидим в доме, слушаем рассказы о таежной жизни, о различных способах выживания в местных суровых условиях современной России. Вообще, на севере, кроме работы на нефтепромыслах, остается только охота и рыбалка, и обычно в виде браконьерства.

Продуктов мы взяли явно немного, и вовсе не рассчитывали задерживаться. Приходится их экономить, возникает еще не так чувство голода, как мысль, что скоро еды останется совсем мало. Особенно неприятно, что тают запасы сладкого. У хозяина еда тоже заканчивалась, угощать нас было почти нечем. Рыбы он почему-то не заготовил вообще (или не хотел нам показывать), т.к. она ему надоела за лето. Угостил только дичью – мы пожарили трех рябчиков.

 

18 октября. Переправа через р.Валовскую. Ныврово

 

Утром дождь уменьшился, а ветер вообще стих. Обнаруживаем, что вода в реке Валовской поднялась за вчерашний день метра на полтора, и к тому же стала еще намного холоднее. Бревно из лиственницы, лежащее поперек реки, оказалось глубоко под водой. Дальнейший путь на север оказался под большим вопросом, хотя возвращаться назад, не достигнув цели, не хотелось.

У хозяина нашего домика нашлась целая автомобильная камера, из нее мы соорудили плот. Ложусь на живот, пытаясь уловить центр тяжести – конструкция малоустойчива. Начинаю грести дощечками, с берега меня страхуют веревкой. Вода действительно очень ледяная – за минуту руки начинают неметь. Упираюсь в прибрежные кусты, до берега еще 2 метра, глубина – с головой, а веревка выбрана до конца. Пришлось им ее бросить, а я с огромным трудом, замороженными руками перебирая кусты, постоянно рискуя нырнуть с головой, причаливаю к берегу. Спрыгивая с плота, выше колен оказываюсь в воде – но это еще очень удачно. С трудом отогреваю руки.

Леша с нашим помощником находят веревку, перекидывают ее мне. Поочередно на плоту переправляем рюкзаки, выбирая веревку с обеих сторон. В рюкзаке абсолютно все вещи, и потерять его – большая проблема. Последним вытягиваю за веревку Лешу – ему явно проще, чем было мне первому. Теперь мы на этом берегу, и вернуться назад без плота было бы очень сложно. Плот цепляем за дерево.

Оказалось, мы еще не совсем на суше. Дальше еще несколько десятков метров территории, залитой на 10-30 см водой, обойти ее невозможно. Бросаю поиски более мелких участков и иду напролом, лишь бы побыстрее вылезти из этой ледяной воды. Наконец, суша. Теперь сильно замерзли ноги – они даже как-то страшно хрустят. В течение 10 мин сушим и греем ноги, сидя на рюкзаках. А носки все равно одевать те же самые – их можно только выкрутить.

Встаем, одеваем рюкзаки. Вдруг – в соседних кустах слышим звериное рычание. Это медведь! Внутри все холодеет. Ведь нормальный медведь должен был издалека услышать наши разговоры и уйти. Почему же он рычит? Не к добру. Мы знаем, что медведя нужно отпугивать криком. Пытаемся кричать и снова слышим отчетливое рычание. 100%, это – медведь. Леша быстро достает фальшфейер (ракетница-фейерверк) – он у нас единственный. А я, на всякий случай, флягу с бензином и спички.

Но никого не видно, и мы быстрыми шагами, оглядываясь и держа наготове огонь, идем дальше по дороге. Теперь сзади не только опасная переправа, но и медведь, возможно, тут его логово!

Теперь идем очень осторожно, пытаемся шуметь и петь, часто пеньки мерещатся медведем. Снова идем вдоль залива Куэгда. Тут уже нет серьезных препятствий – постоянное чавканье под ногами уже нормальное явление. Речку Аэродромовскую переходим вброд всего лишь по колено. Вот он, последний подъем перед долгожданным поселком Ныврово. Здесь, на хребет, руины воинской части и куча мусора – военные вообще его бросают очень много, даже когда часть действует. Одних только бочек из-под топлива вокруг любой военной части сотни.

Наконец, выходим к открытому морю – северному заливу. Рядом примостились домики поселка Ныврово – самого северного на Сахалине. Поселок, ранее населенный коренными народами нивхами, заброшен 30 лет назад. Все дома не сохранились. Из современных построек – с десяток рыбацких домиков на берегу и каменное здание бывшей сейсмостанции в километре от моря. Рыбаки, опять же, большей частью браконьеры, обитают здесь только летом. И иногда зимой, когда сюда можно доехать по зимнику. Сейчас тут – ни души.

Долго осматриваем домики – они все открыты. Несколько с печками, пригодные для ночлега. Ищем какие-нибудь продукты, ведь у нас их осталось немного, но находим только много соли. Находим также несколько старых пар резиновых сапог. Забираем – дальше они нам очень пригодились, ведь вода в болотах с каждым днем все холоднее.

Погода становится все лучше. Взбираемся на восточный склон долины реки Ныврово, ищем тропу – ведь нам завтра пытаться идти дальше к мысу Елизаветы. В 1км от моря стоит добротный каменный большой дом – это бывшая сейсмостанция. Идем осматривать и ее. Здесь сохранилось много всего – видимо, летом тут живут и этим пользуются. Стоит с виду работающий трактор, дизель-генераторная, баня, крутится ветрогенератор. Внутри главного помещения довольно уютно, есть печка, диваны, карты и книги. В веранде – колодец с водой. Еды опять не находим, зато есть много пачек черного чая – он у нас тоже на исходе.

Перебираемся сюда ночевать. Хорошо горит печка, правда в комнату идет много дыма, но бывало и хуже. Летом тут браконьеры вовсю заготавливали красную икру, от них осталось много ведер и больших мисок. Грею на плите 3 ведра воды и иду покупаться в ванную комнату. Какой же это кайф: тут, на севере, в глуши, на краю земли, покупаться в теплой воде, в самой настоящей ванне, когда за окном опять вырывается мокрый снег!

Леша находит несколько интересных книг, я изучаю большую карту, висящую на стене. В тепле и уюте ложимся спать в соседней комнате, где меньше дыма.

 

19 октября. Попытка попасть на мыс Елизаветы. Медведь.

 

С утра снова мрачные тучи. Выходим по верхнему краю обрыва дальше на северо-восток. Внизу не пройти – прижим сразу за протокой залива Куэгда. Сначала тропа еле заметна, потом вообще теряется. Приходится пробираться по кустам, пересекать мелкие, но крутые овраги. Пройдя так 1-2км, решаем на этом остановиться. До мыса Елизаветы еще 15-20км, тропы нет вообще даже здесь, но основная трудность будет в конце, где обрывы мыса Бакланьева образуют сплошной непропуск, а чтобы обойти по верху, нужно взбираться на самый верх горы Бакланьей, высотой более 500м, поросшей стлаником, и усыпанной свежим снегом. На все это необходимо много усилий и 3-4 дня времени, а продуктов у нас – в обрез. Даже до метеостанции, до которой 3км, дойти непросто, и неизвестно, как там бы нас приняли.

Но и сюда мы дошли не зря. Открывшуюся великолепную панорама северного залива, волнующегося моря и суровой горы Бакланьей дополняет пробившийся сквозь тучи луч солнца…

Идем назад. Небольшая речка Ныврово, которую мы вчера по полузатопленному мостику, оказалось непростой преградой – вода поднялась в результате прилива. Полчаса ушло на попытку сооружения переправы из бревен, потом с трудом удалось перейти по затопленному вчерашнему мосту.

На подъеме из долины полностью вышло солнце, и нашему взору открылся один из самых лучших пейзажей. Возвращаться по солнечной погоде намного веселее. С трудом находим приемлемый брод на реке Аэродромовской. Мы теперь в резиновых сапогах, правда, немного текущих вверху. Но на броде сапоги набираются полными воды, приходится сразу же выливать воду и отогревать замерзшие ноги.

Подходим к месту, где вчера рычал медведь, заранее громко кричим и стучим. И тут снова то же рычание! Мы в ужасе бросаемся к месту переправы, не различая лужи, упираемся в реку Валовскую, все кажется, что вот-вот прибежит медведь. Надеемся быстро переправиться, но нашего плота нет, веревка оборвана! Что делать – непонятно, переплыть по такой ледяной воде, да с рюкзаком, вряд ли удастся. Пытаемся перейти по затопленной лиственнице, но это тоже не получается – тяжело нащупывать ногами бревно на большой глубине, перелезая через многочисленные торчащие ветви.

Тут вдруг на том берегу появляется наш знакомый Юра, обитатель зимовья. Оказывается, плот прибило к его берегу. С трудом перебрасываем веревку через широкую реку, организовываем переправу челноком. После рюкзаков переправляют меня, и я, с облегчением, оказавшись на суше, иду в зимовье.

Браконьер Юра, узнав про рычание, понял, что это уже давно сидит медведь в поставленном им капкане-петле. Взяв ружье и собаку, он пошел и дострелил медведя, а Леша пошел помогать ему таскать мясо. Я не любитель такого зрелища, и с большой тревогой ожидал их в доме, в голову постоянно лезли страшные мысли.

Пришли они аж через 3 часа, пришлось отказаться от планов идти побыстрее дальше, и остаться ночевать тут снова. Зато на ужин у нас была жареная медвежатина. Хоть я и не любитель подобной экзотики, немного попробовал, хоть и есть пришлось без хлеба.

 

20 октября. Назад через разлившиеся реки

 

Встаем рано, выходим на рассвете. Идти нужно много и быстро. Огибая по периметру залив Куэгда, в сапогах по болоту идти намного проще. Выходим к сгоревшему зимовью, тут у нас переправа через разлившуюся реку Диановскую. С трудом узнаем место нашего брода 4 дня назад – так поднялась вода. Я снимаю с себя всю одежду ниже пояса, насколько можно закатываю вверх остальное и пытаюсь быстро перейти. Времени на это дается максимум минута – потом просто заледенеют ноги. Посередине реки вода уже доходит до груди, сзади полрюкзака в воде, а неизвестно – будет ли дальше глубже. А ведь 4 дня назад тут было по колено. Но дальше становится мельче. Перед самым берегом в тине безнадежно загрузает мой шлепанец – найти его позже, перекопав палкой все вокруг, так и не удалось. Отогреваем ноги, ищем шлепанцы – Лешин тоже потерян, но его удалось найти. Спальник, находящийся внизу рюкзака, немного подмок.

Далее у нас 4км до следующей переправы. Мы идем по высокой сухой заболоченной траве напрямую, теперь уже не нужно перелазить через хребет в поисках несуществующей «нормальной» дороги. В зимовье Диановская нахожу себе шлепанец взамен утерянного, хоть и маленький, но вполне пригодный.

Теперь у нас еще одно серьезное препятствие, забравшее немало времени и сил. Совсем небольшой приток реки Диановской, который мы перешли по бревну, почти не обратив внимания, сильно разлился. Неизвестно, какая там глубина посередине, но разлившаяся по траве вода даже не позволила подойти к руслу, чтоб не замочить трусов. Безрезультатно пытаемся найти обход  этого то ли притока, то ли залива. В результате я вдруг резко провалился в очень грязную трясину на метр, причем в таком месте, где совершенно ничего не предсказывало болота. Выбираться пришлось с помощью Леши, еще хорошо, что сапог не остался там навеки. Это заставило вернуться на место знакомой переправы – там, по крайней мере, путь известен. Нужно заставить себя быстро пойти, не обращая внимания на то, что сапоги уже полные ледяной воды, и она подбирается к верхней части тела – ведь другого выхода нет. Иду первым. Пытаюсь нащупать ногами утопленные в реке бревна мостика, но делать нужно это очень быстро. Возможно, разумнее, «соскользнуть» с их, и пройти пусть и по грудь в воде, лишь бы не терять драгоценные секунды. Вроде бы, преодолев русло, с ужасом обнаруживаю, что противоположные берег тоже полностью залит водой – значит невозможно скинуть рюкзак и сесть на него, чтоб отогреть ноги. К счастью, нахожу небольшой почти сухой островок.

Теперь еще 200м до моста через Диановскую. По сравнению с пройденными переправами, они дались значительно проще. Хоть по дороге сюда этот участок казался очень непростым.

Наконец, мы в почти сухом лесу. То, что там дальше много болот и грязи – это мелочи, главное, что не должно быть глубоких рек. Да и в сапогах по неглубоким болотам идти проще. Некоторые уже частично замерзли – некоторые участки удалось проскочить по ледяной корке.

Для ночлега ставим палатку прямо на дороге, на небольшом сухом участке среди луж и болот. Тихий морозный вечер дал возможность более-менее нормально отдохнуть у костра, просушивая одежду и наблюдая за звездами и проплывающими облаками, освещенными луной. Главное, что дальше относительно твердая суша.

 

21 октября. Выход с полуострова Шмидта

 

Выходим на рассвете, встав около 5.00. Вчера мы прошли неплохо, и сегодня нужно успеть выйти, по крайней мере, к карьерной дороге. Утром мороз помогает пройти некоторые лужи по ледяной корке.

Сегодня одна более-менее большая переправа через реку Пильво. Глубина тут совсем небольшая, но вода ледяная – даже на бревнах висит множество сосулек. И в конце нужно перелезть по скользким бревнам, а ведь переходим в шлепанцах.

С радостью выходим на нормальную грунтовую дорогу. Тут уже зима – идем по неглубокому снегу. Хочется снять тесные и холодные сапоги, но лучше уже дойти до конца этого зимника, ведь лужи все равно попадаются.

В самом конце путь вдруг замечаем людей – они пытаются вытолкать застрявший микроавтобус. Вдруг старший представился сотрудником заказника. Спросив за пропуск, он начал было угрожать штрафом. Мы всячески пытались доказать свою безвредность для природы. Наконец, он стал намного мягче, и сказал, что отпускает нас, только из-за того, ч то мы такие далекие гости. Напоследок он угостил нас тушенкой, хлебом и сахаром, а мы помогли им толкать микроавтобус, хоть и безуспешно.

Наконец, выходим к карьерной дороге. Идти пешком до Колендо 40км желания нет, поэтому нужно тут дежурить и не пропустить такой редкой машины. Мы только успели закипятить на горелке и выпить чаю, как нам повезло – с карьера ехал УАЗик с инженерными работниками. Так что в этот вечер мы оказались даже в Охе. Но, пока мы, изголодавшиеся, что-то купили в магазине и дошли до окраины, начало темнеть – тут уже остановить машину далее на юг нам не удалось. На ночлег расположились в придорожном лесу. Переживали, что не запаслись водой, но чистая лужа по близости, конечно, нашлась. Удалось созвониться с родными и знакомыми, которые переживали из-за отсутствия связи с нами 7 дней.

 

22 октября. Дорога в Ноглики. Горячие Ключи

 

С рассветом выходим на трассу. На морозе стопить довольно холодно, но первую машину ждали недолго. Самый настоящий Урал, машина с самой высокой проходимостью, довез нас до знакомого поворота на месторождение Одопту. Здесь тоже не пришлось стоять долго – нас подобрала полупустая вахтовка, идущая на месторождение Чайво. Езда по тряской дороге в пассажирском салоне далась мне намного хуже езды в кабине – меня начало укачивать, с трудом доехал до места нашей высадки. Пришлось отдыхать в лесу около часа, а потом еще час ждать следующую машину. Подвез нас очень доброжелательный водитель КамАЗа с полуприцепом, перевозящем трубы. Вообще, автостоп на трассе Ноглики–Оха показался нам очень хорошим. Много грузовиков, они не против подобрать, денег никто не просил, также, как и везде по Сахалину.

Вышли мы в поселке Горячие Ключи – хотели посетить известные источники.

До них идем от трассы около 1км, пересекая разобранную узкоколейку. Они представляют собой болото или озеро, полностью заросшее камышом. В нескольких местах добровольцами выкопана яма, которая наполняется относительно чистой водой, сделано укрепление и поставлена будка. В такое время народу здесь было немного, в отличие от лета.

Одну из таких будок мы оккупировали почти на час. Температура воды около 40 град. Как приятно тут погреться после Севера! Хоть и говорят, что купаться можно не более 15 мин.

До Ноглик около 30км. Надеемся, что сегодня же успеем на поезд. Первая же машина забирает одного Лешу, а я сразу же уезжаю на следующем грузовике. За оставшиеся 2 часа я прошелся по магазинам, пытаясь выявить наиболее низкие цены. Не просчитав сразу цену, купил в одном магазине сдобную булочку аж за 72 рубля (18 гривен). Поражаясь таким заоблачным ценам, деньги были все-таки заплачены не зря – булка была большой, с обильной начинкой и очень вкусной. После недоедания на Севере была кстати и съедена за раз – сев у цветника во дворе церкви, пообедал я с удовольствием.

С Лешей встретился на вокзале. За полчаса до отправления поезда, оставалось 35 сидячих мест – тут работали системы наличия мест и табло. Мы решили доехать до ст.Взморье. Стало приятной неожиданностью, что комсбор не взяли с нас и тут, на конечной.

После многих ночевок на холоде, теплый сидячий вагон был кстати. Людей было немного. Ехать нам было всю ночь, более 13 часов. Большую часть ночи пытался спать, свернувшись калачиком или примостившись сразу на двух сидениях – спать, просто откинувшись на сиденье назад, я не умею. Это было неудобно, еще и заходящие среди ночи пассажиры стали поднимать некоторых спящих. Тогда я, наконец, не постеснялся залезть на боковую багажную полку – вот тут уже спать было куда комфортней.

 

 

Продолжение следует...

Похожие статьи:

Внутренний туризмПочему я живу в Южно-Сахалинске

ПогодаЮжно-Сахалинск

Внутренний туризмОтчет путешествия на Сахалин и Дальний Восток. 82 дня. Осень 2010. Часть 2

О Туризме и для ТуризмаКак спастись от медведя

Внутренний туризмГде находится пик Чехова?


Рейтинг: 0 Голосов: 0

Комментарии 1